Каждый, кто хотя бы раз шёл по грунтовой дороге в жаркий день после дождя, видел такую картину: на влажной колее, в луже, смешанной с навозом, сидит десяток, а то и три десятка голубых бабочек. Подойди поближе — они взметнутся облачком и сразу же сядут обратно, буквально через пару метров, на ту же самую грязь. Первая мысль, которая приходит в голову любому нормальному человеку, — они пьют, спасаясь от жажды. На самом деле всё не так, а ответ гораздо интереснее и связан он не с водой, а со сложным химическим расчётом, который насекомое проводит ради будущего потомства.
Не жажда, а охота за солью
Чтобы понять, что происходит, стоит взглянуть на рацион бабочки. Он довольно скуден: взрослое насекомое питается преимущественно нектаром, а это почти чистые углеводы. Нектар — прекрасный источник энергии, «быстрое топливо» для полёта, но в нём катастрофически не хватает того, что необходимо для работы нервной системы и, главное, для размножения. Прежде всего — натрия, а также аминокислот и ряда минеральных солей. Растениям невыгодно вкладывать эти вещества в нектар, поэтому бабочка получает из цветов только сахар, а за остальным ей приходится искать в других местах.
А натрий бабочке крайне необходим. Этот элемент участвует в передаче нервных импульсов между клетками, в работе мышц — той самой мускулатуры, которая приводит в движение крылья, — и, что самое интересное, имеет решающее значение для выработки спермы у самцов. Гусеница успевает накопить часть солей из листьев, которыми питается, но этих запасов на взрослую жизнь не хватает, особенно когда речь идет о размножении. Поэтому взрослая бабочка вынуждена добывать минералы уже самостоятельно — и именно здесь в игру вступает грязная лужа.
Механизм по-своему элегантен. Бабочка не пьет воду, чтобы утолить жажду, — она методично пропускает через себя огромные, как для насекомого, объемы жидкости. Опустив хоботок во влажную почву, он всасывает жидкость, пропускает её через пищеварительную систему, извлекает растворённые соли, а почти чистую воду сразу же выделяет каплями из кончика брюшка. Иногда на сидящей бабочке даже можно заметить, как на кончике брюшка блестит капелька, — это работает своеобразный биологический фильтр, концентрирующий соль из десятков миллиграммов жидкости. Явление настолько распространено и заметно, что энтомологи дали ему отдельное название — «калюжение» (от английского puddling), а сами скопления бабочек прозвали «калюжными клубами».
Почему там почти одни самцы
И вот здесь кроется самое удивительное. Если присмотреться к «лужному клубу» внимательно, выяснится, что почти все его участники — самцы. Это настолько устойчивая закономерность, что для неё даже не делают исключений: самок на грязной дорожке практически не бывает. Причина кроется в самой биологии размножения.
Собранные минералы самец оставляет не себе. Во время спаривания он передает их самке вместе со сперматофором — своеобразным «пакетиком», содержащим не только сперму, но и питательные вещества. Это классический брачный подарок, распространенный в мире насекомых, только вместо цветов и конфет здесь соль и азотистые соединения. Для самки такой подарок — ценный ресурс: часть она тратит на собственные нужды, а львиную долю направляет на формирование яиц.
И это не просто щедрый жест. Яйца, обогащенные натрием, дают более жизнеспособное потомство: гусеницы из таких кладок в среднем лучше переносят стресс, более устойчивы к неблагоприятным условиям и развиваются быстрее. То есть качество «приданого», которое самец собрал в лужах, напрямую влияет на выживание его будущих потомков. Получается парадоксальная картина: суетливая толпа бабочек на грязной колее — это не хаотическое скопление страдальцев, а по сути коллективный пункт заготовки приданого для еще не родившихся гусениц. Каждый самец, толкающийся хоботком за место в самой соленой части лужи, в прямом смысле собирает капитал для будущей семьи — правда, не своей, а той самки, которая его в конце концов выберет.
Чем грязнее — тем ценнее
Логика «охоты за солью» объясняет и странные вкусовые предпочтения бабочек. Идеальная «лужа» для них — это отнюдь не чистая вода. Наиболее желанными источниками являются моча, перегнивший навоз, гниющая падаль, старая зола от костра, пот на брошенной одежде. Чем богаче раствор солями и азотистыми веществами, тем ценнее для насекомого становится эта грязь. Простая дождевая лужа посреди леса бабочкам совершенно не нужна — а вот скотопрогонная тропа или сельская колея, щедро приправленная органикой, превращается в настоящий клуб.
Масштабы этого явления бывают весьма значительными. Замечено, что одна удачная, богатая солями лужа способна привлекать к себе бабочек с территории площадью в несколько гектаров. Это означает, что насекомые не просто случайно натыкаются на грязь — они целенаправленно ищут её, ориентируясь на запах и, вероятно, на визуальные подсказки, такие как цвет и блеск влажной поверхности. Для бабочки лужа с навозом — не отвратительная грязь, а заметная издалека «заправка», мимо которой нельзя пролететь.
У этого явления есть и обратная, более мрачная сторона. Увлекшись сбором солей, самые неосторожные насекомые теряют бдительность — и именно на таких лужах их нередко подкарауливают хищники или же они просто гибнут, застряв в вязкой жидкости. Цена лишней порции натрия иногда оказывается слишком высокой.
Кто именно «плещется в луже»
Чаще всего на путях скапливаются представители семейства синеглазковых (Lycaenidae) — те самые мелкие ярко-синие бабочки, которых у нас в средней полосе особенно много весной и в начале лета: икар, аргус и их сородичи. Именно их массовое скопление и создает тот характерный эффект «голубого облака», которое взмывает из-под ног.
Наряду с синеглазками на той же грязи нередко сидят и другие любители минеральной подкормки — белянки, а особенно охотно «купаются» в лужах крупные бабочки семейства косаточных, такие как махаон и подалирий. Их на колее видно сразу: они заметно крупнее и держатся немного в стороне от плотной синей массы, словно аристократы, не желающие смешиваться с толпой. Кстати, подобное поведение присуще не только бабочкам — за солью и минералами на влажную почву, солончаки или даже к слезам крупных животных слетаются и некоторые пчелы, муравьи и другие насекомые. Это универсальная стратегия добора того, чего не хватает в основном рационе.
Поэтому в следующий раз, увидев облако голубых бабочек над деревенской лужей, знайте: перед вами не случайная тусовка жаждущих насекомых, а вполне серьёзное дело — заготовка минерального приданого для следующего поколения. Причём дело настолько серьёзное, что самцы готовы часами сидеть в навозной жиже, рискуя жизнью, чтобы добыть лишнюю порцию натрия для потомков, которых они никогда не увидят.
